Вы здесь

Олег Рой. Дочки-матери, или каникулы в Атяшево — цитаты из книги

Свобода для жителя мегаполиса — понятие очень странное. Иногда она пугает больше, чем любая неволя. Жители крупных городов привыкли быть скованными изо дня в день своим расписанием, а у кого его нет — просто своими ежедневными делами и даже увлечениями. При этом каждый третий считает, что он свободен, но, сталкиваясь с настоящей свободой, пасует, теряется и искренне не знает, куда девать время.

Порой кажется, что сама природа сочувствует людям. Конечно, прагматик скажет, что это просто случайное совпадение, что человек просто склонен воспринимать всё, что происходит вокруг, через призму своего настроения. Возможно, так и есть, но, наверное, нет на земле человека, который не замечал бы, как ярко светит солнце, когда на душе светло и, наоборот, небеса начинают хмуриться, когда на сердце ложится печаль?

Когда тебе плохо, забываешь обо всём... А когда тебе хорошо — тем более... Мы вообще стали какими-то удивительно нечуткими. И безэмоциональными. Пробудить в нас чувства может только трагедия, катастрофа — и то не всегда. А когда всё хорошо, мы просто не замечаем этого, не радуемся тому, что имеем... Нам просто некогда это заметить.

Кажется, что главное сыграть свадьбу, а дальше уже всё само собой пойдёт. А на самом деле трудности в семейной жизни начинаются уже после ЗАГСа.

Обыватель никогда не упустит возможности пнуть более известного или достойного человека — во все времена популяция мосек в разы превосходила количество слонов.

Люди бывают порой совершенно беспечны. Пребывая в благополучии мы абсолютно уверены, что с нами не может произойти ничего плохого. Человек берёт ипотеку или крупный кредит, даже не предполагая, что завтра какой-нибудь пьяный мажор может сбить его на переходе, и отдавать долг будет уже нечем. Подобного рода опасности подстерегают нас повсюду, но современная цивилизация дает людям очень убедительную иллюзию защищённости. И, находясь в рабстве этой иллюзии, человек нередко совершает чудовищно глупые вещи...

В наше время не только продукты питания превратились в суррогаты — суррогаты чувств стали обыденными настолько, что вытеснили настоящие чувства. Суррогаты любви, суррогаты заботы, суррогаты сочувствия. Но если натуральные продукты человек может себе позволить, переплатив за «естественность», то натуральные чувства для многих жителей мегаполиса просто недоступны. Нет на них ни сил, ни времени у вымотанного, выжатого досуха современного горожанина. Потому и приходится довольствоваться суррогатами. И когда случается почти что чудо, и рядом появляется человек, готовый проявить искреннее сочувствие, то просто грех не воспользоваться такой возможностью.

Я в юности всегда думал: что это поэты вечно любовь с морем сравнивают? А потом понял: а ведь верно, очень похоже. Только первая, юная любовь — она как море бурное, штормовое, вроде «Девятого вала» Айвазовского. Всё бушует, всё бурлит, тебя туда-сюда как на волнах швыряет, кажется, что и жив-то не останешься. А зрелая любовь совсем другая. Как штиль. Ночь, лунная дорожка на воде, волны тихонько плещутся, точно ласковую песню поют. А ты смотришь вокруг и недоумеваешь: «Красота-то какая, Господи! И тишь, и благость… И как я раньше вообще мог жить-то вообще без этого?»

Типичный обитатель мегаполиса даже дома не сбивается с заданного суетой ритма и искренне считает отдыхом время, проведённое за телевизором или компьютером. Нам даже в голову не приходит, что на самом деле мы подобным образом просто отгораживаемся от самих себя. Чтобы не задумываться о том, что на самом деле творится в нашей душе — потому что ответ на этот вопрос порой бывает крайне неприятен.

Ритм большого города давно стал притчей во языцех. Сколько уже было сказано и пересказано о бешеном темпе жизни мегаполиса, о вечной борьбе за выживание в нем, о постоянном стрессе, хронической усталости, перманентном цейтноте и непрекращающейся суете, которые сопровождают каждое мгновение городского существования. Но сколько ни говори — ничего не меняется. Мы продолжаем жить так же, как и жили. К этому стилю бытия привыкаешь как к наркотику, подсаживаешься на него с первых дней и вскоре уже не представляешь себе, что можно существовать как-то иначе.

Ну что, скажи ты мне, хорошего, когда в женщине кости одни? Да ни одному нормальному мужику такое не нравится. На досках-то мы и в гробу полежим…