Вы здесь

Цитаты и афоризмы о душе

Цитаты и афоризмы о душе

Со смыслом

Грустные

Эх, душа ты моя косолапая,
Ты чего болишь, кровью капая,
Кровью капая в пыль дорожную?
Не случится со мной невозможное!
Без любви прожить не получится,
А зазря любить — только мучиться...

Лучшие в рейтинге

Это правда, — согласился Д’Артаньян, — на мне нет одежды мушкетера, но душой я мушкетер. Сердце мое — сердце мушкетера. Я чувствую это и действую как мушкетер.

Фразу о том, что нервные клетки не восстанавливаются, придумали материалисты.
Нервным клеткам пофигу, их функция — проводить электрические импульсы.
У человека душа болит, а не нервные клетки.

... А я теперь буду знать, что если идёт пушистый снег — значит, это Эдвард вытачивает прекрасные фигуры, фигуры неописуемой красоты — как и его душа…

— А что дьявол дал тебе за твою душу?
— Он научил меня хорошо играть на гитаре.
— Сын мой, и ради этого ты продал свою бессмертную душу?!
— Я ею не пользовался.

Песня говорит о душе человека. Песня — это не просто призыв к действию и не повод потанцевать. В песне выражается личный взгляд человека на мир.

Мне каждый вечер зажигают свечи,
И образ твой окуривает дым.
И не хочу я знать, что время лечит,
Что всё проходит вместе с ним.

Пусть будет мужу верность дорога в жене И нрав стыдливый; неподвластны времени И вечны те лишь блага, что живут в душе, А красоту уносит каждый день у нас.

Встречаются люди, которые за секунду просекают мою гнилую душу, раздевают её догола и пронзают насквозь. Такие меня всегда пугают, особенно те, кому нечего терять.

Боль всегда учит лучше, чем тысячи слов. Будь то боль тела или боль души...

Душа многих людей способна уместиться на острие стрелы. И прочными нитями к ней привязаны сотни безделушек, которые считаются самой жизнью.

Однако Эми еще предстояло постичь, что красота души не приобретается за деньги, что высокое положение не означает благородства и что поистине хорошее воспитание не скроет даже внешняя невзрачность.

Душе достаточно фраз, с телом обстоит иначе: оно привередливей, ему нужны мышцы. Тело — это нечто реальное, поэтому на него почти всегда грустно и противно смотреть. Правда, я редко видел женщин, которых материнство состарило бы так сильно и быстро. У этой остались, так сказать, только чувства и душа. Никто больше ее не желал.

Душа — это тщеславие и телесные радости, когда ты здоров, но в то же время — желание вырваться из тела, как только человек заболевает или дела перестают идти на лад. Из этих двух поз выбираешь ту, которая тебе удобней в данную минуту, — и все тут! Пока можно выбирать — вы в порядке.

Душа наша приходит в ужас при виде предметов, которые сама же преувеличила и очернила; верните им их настоящие размеры и цвета, и она их даже не заметит.

... но заглядывать в собственную душу он не привык, не вступил ещё, так сказать, во владение этой долей собственности, — и по молодости решил просто-напросто ничего не заметить.

Понимание не есть функция размышления, но стадия роста души.

Но разве не все мы обитаем друг у друга на теплых мелководьях душ, разве нам дано заглянуть за барьерные рифы, туда, в темно-синюю бездну?

Всякая душа по сути есть муравейник противоречивых побуждений. Личность как нечто единое и стабильное — иллюзия, но иллюзия необходимая, если уж нам суждено любить!

Священник наш с большим искусством Нам проповедовал с амвона Про многомудрого Платона, Учившего любовным чувствам. Он только душу обожал, А в ней лишь то, что благородно.

Бывают два рода любви: любовь, что даётся во благо, и та, что несёт страдания, любовь-выбор и любовь-рок. И если первая имеет свой исток и своё русло, то вторая — та самая, что берётся ниоткуда и уходит в никуда. И если первую, случается, нужно вливать в душу, то от второй лучше бежать, ибо высшая сладость её даётся порой через страшные муки. Это два потока одной реки, что зовётся душой.

У любви нет законов. Это не союз тел и не единение душ и сердец. Это нечто необъяснимое. Это... это сама жизнь.

... твоя душа принадлежит только тебе. Сделай из неё то, что ты хочешь. Все мы, каждый, создаём себя сами. И в конце жизненного пути мы преподносим наши души нашим Покровителям, словно ремесленник — творение своих рук.

Мы настолько обеднели душой, что не можем чувствовать сердцем, но ведь не все... Должны еще остаться те, кто верит в светлое чувство, так красиво расписанное в книгах и столь редко встречающееся.

Любая женщина может казаться хорошенькой, если у неё правильные черты лица. Но Хана была красивой, потому что у неё была прекрасная душа.

Порывы моего сердца слишком вольны в желаниях, а разум чрезмерно рационален, поэтому я поступаю так, как велит мне душа. Только она может обуздать мое сердце и смягчить целесообразность моего разума. Она – золотая середина.

— Я обнажил меч, но он сам сказал — не надо. — Не надо? И ты послушался? — засмеялся Искариот. — Петр, Петр, разве можно его слушать! Разве понимает он что-нибудь в людях, в борьбе! — Кто не повинуется ему, тот идет в геенну огненную. — Отчего же ты не пошел? Отчего ты не пошел, Петр? Геенна огненная — что такое геенна? Ну и пусть бы ты пошел — зачем тебе душа, если ты не смеешь бросить ее в огонь, когда захочешь!

... человеческая душа довольно странный механизм. В отличие от швейной машинки, она не выносит, например, когда в нее вводят отвертку. Она не терпит всякой химии в предохранительных от зла таблетках, ей требуется натуральный продукт. Другими словами, она желает самолично созерцать все, из чего составлено бытие, то есть вечность, борьбу света с тьмой, начала и концы, а также все прочее, в чем требуется строгий, однажды в жизни выбор и раздумье, то есть — собственными, широко отверстыми очами, а не в передаче оперативных творцов литераторского цеха.

В ее сердце найдется место и для Олли, думала она, давясь слезами. Он никогда не сможет пожаловаться на недостаток ее привязанности и уважения. Но в это самое мгновение Мэри ощутила какое-то слабое движение в себе, словно та ее часть, которая принадлежала единственному мужчине в ее жизни, забилась в самый дальний уголок ее души, как животное, которому пришло время умирать.

Знаешь, душа человека, как стекло. Она очень легко бьется, — сказала темноволосая девушка, внимательно разглядывая свое отражение в озерной глади. Шлепнула ладошкой по воде, и отражение пошло рябью. — Вот так.

Каждое преступление — это авария души, крушение морали, но в каждом случае она обрушилась потому, что была изъедена ржавчиной раньше и глубже — в сознании общества, в том, что мы на многое закрывали глаза, о главном молчали и ко всему притерпелись.

Зачем все так прекрасно, ясно у меня в душе и так безобразно выходит на бумаге и вообще в жизни, когда я хочу применять к ней что-нибудь из того, что думаю?

Из всякого трудного положения сейчас же выйдешь, если только вспомнишь, что живешь не телом, а душою, вспомнишь, что в тебе есть то, что сильнее всего на свете.

В том, чтобы делать то, что делаешь, — не для своего тела, не для своей души, а только для того, чтобы получить одобрение людей, — в этом одна из главных причин дурной жизни людей.

Все было так хорошо, радостно, чисто в доме; а в душе его было грязно, мерзко, ужасно.

Не в сифилитическую больницу я сводил бы молодого человека, чтобы отбить у него охоту от женщин, но в душу к себе, посмотреть на тех дьяволов, которые раздирали её!

С Нехлюдовым не раз уже случалось то, что он называл «чисткой души». Чисткой души называл он такое душевное состояние, при котором он вдруг, после иногда большого промежутка времени, сознав замедление, а иногда и остановку внутренней жизни, принимался вычищать весь тот сор, который, накопившись в его душе, был причиной этой остановки.

— Видишь ли, если б ты сама совершила это самоубийство, я был бы вынужден отправить тебя в костер... Шутка! Тебя бы пришлось отправить на вечные скитания среди живых. А я бы этого не вынес, ибо не смог бы существовать без тебя в своем мире. А вот когда наступает естественная смерть, тогда душа свободна, понимаешь?..

Самые тяжкие страдания незаметны — рыдания в углу, разрывание на себе одежды. Нет, хуже всего, когда твоя душа плачет, и что бы ты ни делал, её невозможно утешить. Её часть чахнет и становится шрамом на той части твоей души, что выжила.

Если вы хотите по-настоящему причинить боль своим родителям и у вас не хватает духу стать гомосексуалистом, вы можете заняться литературой или искусством. Я не шучу. Искусство — не способ зарабатывать на жизнь. Но это очень человечный способ делать жизнь более переносимой. Когда вы занимаетесь искусством — не важно, хорошо получается или плохо, — душа ваша растёт. Пойте в ванной. Включайте радио и танцуйте. Рассказывайте истории. Пишите друг другу стихи, пусть даже и паршивые.

Только змея сбрасывает свою шкуру, с тем чтобы душа, старея, расцветала. Мы, люди, не похожи на змей. Мы сбрасываем душу и сохраняем шкуру.

Душа человека — его последнее убежище, его святыня, и нельзя просто так, без крайней необходимости лезть в нее.

Во-первых, не позволяйте никому вами командовать и никого к себе в душу не пускайте. Ежели кто в ваши тайные мысли сможет проникнуть, так запросто свяжет вас такими оковами, которые крепче рабских. Лучше собственное ухо отдать, чем кого-то в душу к себе впустить.

Одна была вполне довольной жизнью девушкой. Время не текло сквозь пальцы, она как-то осмысленно жила. Пока не случились встречи – одна, другая. Она была разбита. Голос шептал ей: ты несовершенна, уничтожь это несовершенство. Она рассматривала свои руки и с трудом удерживалась, чтобы не полоснуть по ним лезвием, но не выносила вида крови и не могла терпеть боль.

Его душа была тяжела для него, он нёс её через силу — как тяжесть. В ней не было никакой портативности, лёгкости, мелочности. Если бы даже он захотел, он не мог бы говорить мелко о мелком, — но только об огромном и трагическом.

Душа может веровать только по изволению Бога.

... Ибо мирное решение — лучше. Душам свойственна скупость, но если вы будете добродетельны и богобоязненны, то ведь Аллах ведает о том, что вы совершаете.

Это, конечно, чепуха, что в жизни непоправимо только одно — смерть. В жизни непоправимо многое, верней, всё, что переделал бы по-другому, да уже поздно. И всё же очевидней всего непоправимость смерти. Когда чья-то жизнь была частью твоей жизни — если это действительно так, без преувеличений, — то и смерть такого человека тоже часть твоей смерти. Ты ещё жив, но что-то в тебе самом уже умерло и не воскреснет. Можно только делать вид, что ты по-прежнему цел. Потому что оторванный кусок души — это не рука и не нога, и что он оторван — никому не видно.

Подпишись на наш Instagram!